14 лет назад Галина Горноженко приехала в Бишкек из села Джаны-Пахта поступать в университет. Ей удалось снять комнатку у пожилой женщины. "Разговаривать по телефону здесь нельзя. Поела — сразу иди в свою комнату", — предупредила ее старушка. Галя грустно вздохнула…

Жизнь этой девушки похожа на историю Золушки. Когда-то она копала свеклу и доила коров. Потом стала телеведущей на главном телеканале Кыргызстана. А теперь у 31-летней Галины Горноженко муж, сын и трехэтажная клиника. 

— Расскажите о своем детстве?

— В нашей семье четверо детей. После распада СССР родители не смогли привыкнуть к новым реалиям и в 1991 году мы переехали из Балыкчи в село Джаны-Пахта, чтобы как-то прокормиться. Я очень горжусь опытом сельской жизни. Это тяжкий труд, но он закалил мой характер. Я даже умею доить коров, хотя и не люблю это дело. 

В старших классах мне захотелось отрастить длинные красивые ногти. Оказалось, что с таким маникюром "добывать" молоко невозможно! Некоторое время я пыталась доить так, но ладони были в мозолях. В конце концов ногти пришлось остричь…

Одна история запомнилась мне на всю жизнь. Папа решил засадить несколько соток сахарной свеклой, но потом он серьезно заболел и не смог работать. Денег, чтобы нанять кого-то, у нас не было. Мы с мамой пошли на поле вдвоем. Возделывать свеклу физически тяжело: надо было прополоть каждый сантиметр, проредить грядку…

— Почему вы решили уехать в Бишкек?

— Это даже не обсуждалось. Мои родители очень рано создали семью и не успели получить высшее образование. Мама всегда говорила, что нам, детям, необходимо учиться, стать самостоятельными. Поэтому в 2004 году я поехала в столицу. 

— Какой она вам показалась?

— В детстве Бишкек казался мне мегаполисом — прям "вау"! После каждой поездки я долго рассказывала о городе своим подружкам, хотя, по сути, мы с родителями бывали только на Ошском рынке. Сейчас я знаю его как свои пять пальцев.

Я поступила в Бишкекский гуманитарный университет. Родители давали мне по 300 сомов в неделю. Помню, как возле БГУ стали продавать вкуснейшие самсы с сыром и курицей за 10 сомов. Просто обалденные! Я не могла позволить их себе каждый день, покупка самсы была своего рода праздником. 

Комнату я сняла у бабули. В квартире жили еще одна студентка и школьник. У старушки оказался очень непростой характер: она запрещала нам пользоваться телефонами, приходить домой позже определенного времени. Поели — будьте добры в свои комнаты.

Как-то мы втроем сочиняли про нее смешные стишки, а она услышала и почему-то решила выселить только меня. Я перебралась к другой женщине… Повезло — она стала мне чуть ли не родной бабушкой. 

— Однокурсники не проявляли снобизма оттого, что вы приехали из села?

— Нет. Может, потому что БГУ — достаточно "простой" вуз, среди ребят много приезжих. Некоторые даже думали, что я городская… Хотя были забавные случаи. Помню, на уроке информатики все студенты быстро сели за компьютеры, а я даже не знала, с какой стороны к нему подступиться! Мне казалось, это суперсложно, и я никогда не научусь на нем работать. 

— Как вы потом устроились на работу?

— Я училась по специальности "дипломатия и консульская служба". Ближе к окончанию университета мы с ребятами вдруг осознали, что сделали неправильный выбор. Стало понятно, что нас много и на работу в МИД всех не возьмут…

 Но вдруг мне позвонил однокурсник и сказал, что ОТРК объявила кастинг на должность ведущей. Я — ведущая? Это было что-то совершенно новое! Мой принцип: не упускать возможностей. Я прошла кастинг и стала ведущей молодежной программы "Сегодня ночью". Кстати, быстро там освоилась. 

— И проработали на канале семь лет…

— У меня было много передач. Однажды даже поставили вести футбольную программу — думаю, взяли из-за симпатичного лица, чтобы привлечь мужскую аудиторию. Я, конечно, иногда смотрела футбол, только нельзя сказать, что разбиралась в нем. Задавала вопросы совершенно невпопад, но всегда с умным видом.

 Один раз во время прямого эфира у меня слетел наушник. Тот самый, по которому мы поддерживали связь с режиссером: он говорил, на какую камеру смотреть, куда повернуться, когда уходить на рекламу… И вот идет эфир. Камера направлена на двух гостей, футболистов. Чтобы дотянуться до треклятого наушника, я медленно сползаю на пол. У гостей ошалевшие глаза, но они продолжают говорить… Под столом мне стало так смешно, что пришлось зажать рот рукой. Вряд ли зрители что-то заметили. 

— Насколько я знаю, у бишкекских телеведущих очень скромные зарплаты.

— Да, я получала 10 тысяч сомов, а ведь нужно было еще снимать жилье. Сейчас не понимаю, как выкручивалась, а тогда хватало. 

— Какая передача из тех, что вы вели, наиболее важна для вас?

— Я ездила в США снимать документальный фильм о людях с инвалидностью… Да, у нас другое экономическое положение, разный уровень жизни. Но ведь можно что-то сделать для таких людей без особых финансовых затрат! Как раз про это и был мой фильм. 

К примеру, наши власти всегда жалуются, что нет денег. Но возьмем пандусы: деньги-то на них тратят, а как строят? Они ни одному стандарту не соответствуют. Между тем наш чиновник, у которого я брала интервью, уверял, что все хорошо. Меня это очень задело. Предложила ему прогуляться до ближайшего пандуса. "У меня нет времени", — заявил он. 

 А ведь за этой проблемой — реальные люди. Много людей, которые не могут прогуляться по Бишкеку. Да что там! Они даже в больницы не могут попасть.

— Почему вы завершили карьеру на телевидении?

— Для меня это был колоссальный опыт, но стало скучно. Я узнала все и поняла, что мне нужно что-то другое. В 2012 году мы с подругой открыли магазин одежды. Сами придумывали дизайн, мой папа смастерил нам вешалки. Мы пригласили на рекламную фотосессию популярных бишкекчанок, делали им макияж, прически… И дело пошло. 

Спустя два года конкуренция оказалось слишком большой: вещи стали привозить отовсюду. Поэтому мы решили открыть ателье. Сняли небольшую комнатку в здании "Илбирса" и наняли одну швею. Потом уже потихоньку раскрутились, расширились…

— Вы тогда уже были замужем?

— Нет, с будущим мужем я познакомилась позже. Мы знали друг друга по Twitter. Он работает в туристическом бизнесе, и мы с подругой как-то купили у него путевки. Потом понадобилась форма для швей, и мы вместе с ним поехали выбирать ткани… Так все и закрутилось.

— Вам не страшно было оставить такую кипучую деятельность и уйти в декрет?

— Он длился всего три месяца! Я ездила на работу с грудным младенцем: в ателье можно было уложить ребенка, а он всегда засыпал в машине. 

Выход есть из любой ситуации. Если кто-то говорит: "Я же мать, я не могу", это все отговорки. На самом деле мы всегда делаем лишь то, что хотим. 

— Какими проектами вы занимаетесь сейчас?

— Пару лет я бралась за все подряд, а теперь решила бросить силы на открытие центра эстетической медицины. Устала распыляться. Даже ателье теперь не мое. 

— А как вам пришла в голову идея открыть клинику?

— Моя родная сестренка училась на врача и долго не могла выбрать специальность. Я тогда обронила фразу: "Иди на дерматолога, мы потом клинику откроем". Это были просто мечты, но она все-таки стала дипломированным дерматовенерологом. А пару месяцев назад мы открыли клинику: там и косметология, и эстетическая хирургия. 

— Легко ли инвесторы доверили вам большую сумму? Все-таки вы еще очень молодая…

— Мне везет с партнерами: они прекрасно понимают, куда мы движемся и что хотим получить. Мы сразу поняли друг друга. 

— Какие сложности возникли при открытии центра?

— Их было много. Даже ремонт вызвал у меня огромный стресс. Я до сих пор не понимаю, почему у нас такие безответственные люди! В Бишкеке много компаний, которые готовы сделать ремонт. Ты договариваешься с одной из них, платишь деньги, даже скидку не просишь, а люди относятся к работе безответственно. Я очень разочарована таким обслуживанием!

— У нас сейчас не то что косметологическую процедуру — пластическую операцию можно провести в любом подвале. Зачем нужно было так вкладываться, обустраивать трехэтажное здание?

— Но ведь это правильно! Если надо сделать именно такую операционную и предоперационную, кабинеты определенного размера, то мы так и будем работать.

Недавно к нам приезжали клиенты из Казахстана, и один сказал: "Мы не ожидали увидеть здесь такую клинику". С одной стороны, мне обидно за Бишкек, а с другой — приятно за себя. Значит, мы все сделали правильно. 

— Какие у вас планы на ближайшие пять лет?

— Мне очень хочется развивать в Кыргызстане медицинский туризм. Например, Южная Корея построила на этом целую индустрию — все знают, что там хорошо делают пластические операции. Большую роль сыграл маркетинг: люди уверены, что там классно и качественно. 

У нас есть все возможности для такого же успеха. В Кыргызстане много талантливых докторов, которые хорошо работают. Золотые руки! Просто мы сами их недооценили. Мне кажется, надо это исправлять.


Источник